Вконтакте Facebook Twitter Лента RSS

Житие феодора студита. Искусство духовного мореплавания Святой феодор студит


На месте, где сейчас находится церковь, в 1624-1626 гг. Патриархом Филаретом (Романовым) был основан Феодоровский Смоленский Богородицкий мужской монастырь. Монастырь был больничным и домовым у Патриарха. В это время были построены храм и колокольня, одна из первых колоколен в г.Москве.

В 1709 г. монастырь был упразднен, монахи переведены в Новинский монастырь, а храм стал приходским. Прихожанином храма был знаменитый полководец А.В.Суворов. При храме были похоронены его родные.

Храм был закрыт после 1917 гю Колокольня сломана в 1930 гг. Реставрация храма началась в 1984 г., предполагалось в нем открыть музей Суворова.

Богослужение возобновлено в 1992 г., восстановлена колокольня. Святыней храма является образ преподобного Феодора Студита.

Главный престол освящен в честь Смоленской иконы Божией Матери, правый придел - в честь преподобного Феодора Студита Исповедника, левый - во имя Аверкия епископа Иерапольского.

Многие москвичи и гости столицы знают храм Большого Вознесения Господня у Никитских ворот, потому что там венчался А.С.Пушкин. Но, увы, не многие замечают скромно стоящий напротив, утопающий в зелени ясеней и кленов, храм прп. Феодора Студита (Смоленской иконы Божией матери) на Большой Никитской улице, 29. Церковь и колокольня были построены в 1624-1626гг. Федором Никитичем Романовым, будущим патриархом Филаретом. Святынями храма являются икона прп.Феодора Студита и икона Божией Матери «Песчанская».

Для Москвы и для всей России ноябрьский праздник святого преподобного Феодора Студита оказался особенным днем. В XV-XVI столетиях на том месте, где стоит сейчас церковь во имя преподобного Феодора Студита, проходила главная дорога от Кремля к Великому Новгороду. «Большой Никитской» она стала позднее, когда отец патриарха Филарета, боярин Никита Захарьин -Юрьев в конце века основал здесь Никитский монастырь. Феодоровская же церковь появилась здесь значительно раньше. На день памяти преподобного Феодора Студита пришлось знаменитое бегство хана Ахмата от реки Угры и падение татаро-монгольского ига. Тогда же, в конце XV века, на этом месте построили памятную часовню в честь Феодора Студита и Смоленской иконы Божией Матери. А вскоре в память об избавлении от хана Ахмата на Угре великий князь Иван III основал здесь и женский Смоленский монастырь. Возможно, что тогда же и появилась первая Феодоровская церковь, которая сначала была соборным храмом этого монастыря. По крайней мере, летопись упоминает ее уже в описании московского пожара 1547 года. Главный престол церкви был освящен в честь Смоленской иконы Божией Матери, а придел- во имя Феодора Студита. Другая версия гласит, что эту церковь патриарх Филарет устроил из древней часовни. Возможно, что прежняя (монастырская) церковь к тому времени сгорела или была сильно порушена. Дополнительно известно то, что по Смоленской иконе и основанный Иваном III монастырь, и, позднее, ближайшие ворота Белого города (будущие Никитские) именовались Смоленскими.

В 1619 году у этих ворот встречали из польского плена Феодора Никитича Романова, будущего патриарха Филарета. Видимо, здесь его встречало духовенство, поскольку свидание отца с царственным сыном произошло раньше, у Пресненских прудов. В благодарность за избавление от плена патриарх Филарет по обету обустроил Смоленский монастырь. Он стал мужским и был переименован в Феодоровский - в честь святого патрона патриарха- Феодора Студита. Монастырь, для которого царским указом отвели обширную территорию, предназначался для патриарших слуг.

В 1624-1626 годах Филарет и построил здесь новую Феодоровскую церковь, которая стала соборным храмом монастыря. Возможно, что она действительно была перестроена из часовни, которая сохранилась до того времени и была посвящена небесному покровителю патриарха Филарета. Храм считался патриаршим домовым, как и «официальная» Ризположенская церковь в Кремле. В новой обители у Никитских ворот иждивением патриарха была устроена одна из первых в городе больниц для бедных.

В 1709 году, после фактической отмены патриаршества, монастырь упразднили, иноков перевели в Новинский монастырь. И с 1712 года Феодоровская церковь стала обыкновенной приходской. В дальнейшей истории Москвы она прославилась тем, что была приходским храмом А.В. Суворова, жившего в своем доме на Б. Никитской, 42, отчего ближайший Никитский бульвар еще недавно носил имя Суворова.

Церковь Феодора Студита закрыли в 1927 (1929) году и разместили в ней научное учреждение. Белокаменная красавица колокольня, некогда вторая в Москве по древности из колоколен шатрового типа, была варварски снесена и сегодня от нее осталась лишь подклеть в виде палатки с остроконечной крышей. И сама церковь тоже подлежала сносу, так как элитную площадь Никитских ворот предполагали застроить многоэтажными домами. Но сноса не случилось. Ветхую, изуродованную пристройками и перестройками церковь начали реставрировать в 1984 году- предполагалось открыть здесь музей Суворова, но вместо этого в ней вновь освятили храм.

Богослужения идут здесь с 1991 года. И мемориальная табличка на стенах храма гласит, что его прихожанином был Александр Васильевич Суворов.

Информация с сайта храма http://www.feodorstudit.ru/



Феодора Студита, преподобного, у Никитских ворот церковь (Большая Никитская улица, дом № 29).

Первоначально этот храм являлся монастырским собором в обители, основанной по обету патриархом Филаретом, и находившейся под покровительством царского дома. В 1619 г. из польского плена вернулся патриарх Филарет, отец царя Михаила Федоровича. 14 июня 1619 г. он вступил в Москву. Встреча с сыном произошла на Пресне, за стенами города, далее он шествовал по Никитской улице, а духовенство встречало патриарха крестным ходом у стен Белого города за Никитскими воротами. Эти обстоятельства, вероятно, и были поводом основания здесь обители. Патриарх дал обет устроить мужской монастырь в память Смоленской иконы Божией Матери, так как долгое время находился в заточении в Смоленске. Освятили новую церковь 1 февраля 1627 г.: главный престол - в честь Смоленской иконы Божией Матери, придел - во имя преподобного Феодора Студита, располагавшийся в трапезной. Новый монастырь чаще называли Феодоровским по приделу.

По формам, полученным после реставрации 1990-х гг., храм и колокольня выглядят, как выглядели церкви, построенные в середине XVII в. Архитектурные формы и детали свидетельствуют о желании сделать монастырский храм в середине XVII в. похожим на тип монастырских храмов, сложившийся в XVI веке: пятиглавый собор с отдельно стоящей колокольней. В трапезной был сделан второй придел, симметричный приделу преподобного Феодора Студита, - святого Аверкия Иерапольского, чья память совершается 22 октября (4 ноября) - в день взятия Китай-города Вторым ополчением. Работы по украшению интерьера проводили патриаршие мастера, в том числе Назарий Истомин, писавший образа и выполнивший Царские врата для главного иконостаса. Колокольня, основание которой возможно относится к 1626-1627 гг., по-видимому, также перестраивалась в своей верхней части.

В 1709 г. обитель упразднили, братию перевели в соседний Новинский монастырь, а церковь стала приходской. В ее приходе жил Василий Иванович Суворов, и в 1720 г. в этом храме был крещен его сын Александр, будущий великий полководец. Его родители были похоронены около алтаря храма, и доска с их надгробия сохранялась еще в XIX в. Феодоровская церковь пострадала во время пожара 1812 г. и была кардинально переделана. Четверик храма перекрыли большим сферическим куполом, из которого в центре выступала одна главка на тонком барабане. Алтарь перестроили в одну большую апсиду, сферический свод которой гармонировал с куполом. Своды трапезной заменили плоским потолочным перекрытием. Внутри проход из трапезной в центральную часть храма был расширен и украшен двумя ионическими колоннами. Храм получил ампирное оформление, характерное для 1820-х годов. В 1865-1873 гг. алтари приделов из трапезной выдвинуты на восток, в линию с главным престолом.

Храм закрыли в 1920-е гг. В 1929 г. была сломана шатровая колокольня, от которой сохранился только нижний ярус. Церковь пострадала от осколков бомбы в Великую Отечественную войну. В 1950-1980-е гг. церковное здание занимали различные учреждения. Общественность предлагала сделать в храме музей А.В. Суворова.

Реставрация началась в конце 1980-х гг. К 1990 г. были воздвигнуты пять глав, началось восстановление колокольни. В 1993 г. храм освятили. В нем хранится чудотворный список с Песчанской иконы Божией Матери, прославленной в городе Изюме. В иконостасе северного придела хранится икона святителя Луки, архиепископа Симферопольского и Крымского, с частицами его мощей. В храм в 2000 г. один из прихожан передал икону Спасителя, хранившуюся у него в доме и спасенную в 1930-х гг. его бабушкой при разорении церкви Феодора Студита. Этот небольшой образ - единственное, что осталось от старого убранства. Храм назван по приделу, главный престол - Смоленской иконы Божией Матери.

Михаил Вострышев "Москва православная. Все храмы и часовни".

http://rutlib.com/book/21735/p/17

Правила поведения во время господства ереси, извлеченные из творений преподобного игумена и великого исповедника

Феодора Студита

Предисловие

Преподобный игумен Феодор Студит, величайший исповедник Христов, жил и подвизался во славу Божию более тысячи лет тому назад (759-826) при господстве и гонениях двух ересей, из которых последняя – иконоборческая, осужденная VII Вселенским Собором (787 г.), отличалась исключительной свирепостью и гонением на православие. Преподобный Феодор был одним из самых видных и несокрушимых борцов против этой ереси, по какой причине и подвергался постоянному гонению, темницам и ссылкам, с неоднократными кровавыми мучениями.

Оставаясь непоколебимым защитником истинной веры православной и Церкви, он рассылал свои знаменитые письма (и иные творения) повсюду, в которых не только опровергал пагубное лжеучение и утверждал православие, но и неутомимо излагал и насаждал правила поведения, в целях защиты истинной Церкви Христовой, принятых на тайных Соборах исповедников и мучеников того времени. Эти правила и наставления имеют исключительно важное значение для нашего тягчайшего положения в условиях последнего времени, при господстве нынешней антихристовой ереси, самой жестокой и коварной. Только при условии самого тщательного соблюдения этих строгих святоотеческо-исповеднических правил возможна защита и сохранение истинной Церкви Христовой во времена последние, времена ереси “человека греха, сына погибели” (2 Фесс. 2, 3).

Мощи святых.

В связи с вопросом о храмах, занимаемых еретиками, стоит близкий вопрос о поклонении мощам святых угодников Божиих, когда они находятся во владении еретиков. Ответ и на этот вопрос отрицательный. 2)

2) Как видно из ответа преп. Феодора, не запрещается входить для поклонения мощам, как ошибочно изъясняет схим. Епифаний, а возбраняется молиться в усыпальнице с еретиками. Следовательно, в отсутствие еретиков возможны поклонение и молитва перед св. мощами угодника Божия.

По этому поводу преподобный Феодор Студит пишет так:

“О мощах святых: можно ли входить в их усыпальницы и молиться, и покланяться им, если они заняты нечестивыми священниками? – Правило не позволяет, по вышеизложенным причинам, входить в такие усыпальницы; ибо написано: “вскую свобода моя судится от иныя совести” (1 Кор. 10, 29); разве по необходимости, только для поклонения останкам святого, можно войти” (Там же, письмо 216).

Поминовение умерших в ереси. Если кто-либо умер в общении с ересью, то поминать его молитвенно нельзя.

Об этом святой Феодор Студит пишет следующее:

“О том же предмете, о котором ты упомянул, т. е. о поминовении такого-то, ты должен сам по себе знать, что если имевший прежде общение с ересью по страху человеческому, покается при смерти, приняв, например, епитимию от кого-нибудь и таким образом, вступив в общение с православными и в этом состоянии скончается, то, естественно, поместить его в помянниках православных, так как благий Бог наш, по человеколюбию, принимает кающегося и в самый последний час, и там судит его. Потому, если так было, то не запрещается совершать литургию по нем пред Богом. Если же не было ничего такого, но, находясь в общении с ересью, он не успел причаститься Тела и Крови Господней, – тот же хлеб – еретический и не есть Тело Христово, – то нельзя дерзнуть сказать, чтобы можно было делать собрание по нем, т. е. служить литургию, – ибо божественное не может быть обращаемо в шутку, – дабы молящийся о нем не услышал: просите и не приемлете, зане зле просите (Иак. 4, 3). Другого ничего не имею сказать, сколько могу понимать истину. Кое общение свету ко тьме (2 Кор. 6, 14)? Не может быть помещаем между православными не имевший общения с православием, по крайней мере, в последний час. Ибо где он застигнут, там и будет судим, и с каким напутствием отошел в жизнь вечную, так и будет считаться” (Там же, часть 2, письмо 198. К Дорофею сыну, стр. 596).

В ином письме, посвященном рассмотрению нескольких вопросов, преподобный отец пишет:

“Вопрос 1. О пресвитере, диаконе, чтеце, держащихся православного образа мыслей, но имевших общение с еретиками по страху человеческому: можно ли совершать о них божественое приношение, или всенощную, или молитву? Ответ: – Если они до смерти оставались в общении с еретиками, то нет; а если при исходе раскаялись и исповедали, что они были понуждаемы страхом, и, в-третьих, если приобщились православных Святых Таин, то позволительно совершать о них вышесказанное”.

“Вопрос 2. О монахах и монахинях, подобным образом скончавшихся в общении с еретиками? Ответ: – Вышесказанный ответ пусть соблюдается и относительно таких: равно, как и относительно мiрян, мужчин, женщин и детей. Это сказано об умерших” (Там же, часть 3, письмо 220. Разрешение различных вопросов, стр. 630-634).

“Вопрос 18. Об отце моем: следует ли поминать его на литургии? – Ответ: Хотя бы то был отец, хотя бы мать, хотя бы брат, хотя бы кто-нибудь другой, обличенный в общении с ересью до смерти, он, как сказано в предыдущей главе, не должен быть поминаем на литургии; а разве только каждый в душе своей может молиться за таких и творить за них милостыни. Ибо как может тот, кто при жизни имел общение с еретиками и погребен в таком состоянии, быть внесен в помянники при священнодействии православных? Никак нет!” (Там же).

Итак, общее правило таково: не может быть церковного поминовения тех, кто скончался в общении с ересью.

Таинства еретиков, совершаемые и сообщаемые еретиками, – недействительны. Эти “таинства” не освящают, но оскверняют душу и тело.

Священство еретическое. Кто принимает священство у еретиков, тот не имеет сана.

Преподобный Феодор Студит по этому поводу пишет монаху Навкратию:

“Пресвитеру и игумену ты хорошо ответил, что отлучены от священнослужения те, кто ныне рукоположен епископом, оказавшимся еретиком, хотя и говорящим, что собор был дурной и мы погибли. Ибо почему он, признавая это, не убегнет погибели, уклоняясь от ереси, чтобы быть епископом Божиим?... А так как он находится в ереси, поминая еретика, то, хотя бы он и говорил, что содержит здравый образ мыслей, невозможно чтобы рукополагаемые им были истинными служителями Божиими” (Там же, часть 1, письмо 40. К Навкратию сыну, стр. 288).

И в другом месте пишет:

“Разве вы не знаете, что говорит тот же отец (Василий Великий) в другом письме? “Не признаю епископом и не причислю к иереям Христовым того, кто оскверненными руками к разорению веры возведен в начальники” (Письмо Василия Великого 232). Таковы ныне те, которые не по неведению, но по властолюбию вторгаются на епископские престолы, добровольно выдавая истину и взамен получая председательство в нечестии” (Там же, часть 2, письмо 11. К Навкратию сыну, стр. 343).

И, наконец, ответ монаху Мефодию:

“Если епископ, впадший в преступление, будет низложен собором, а потом, после низложения, рукоположит пресвитера, а этот пресвитер, прибыв в монастырь, примет от своего игумена епитимию на время, и после того станет священнодействовать, то желаем знать, можно ли принимать такого священника, если он не виновен? – Ответ: Так как здесь явная нелепость, то вам не следовало бы и спрашивать о таком преступлении. Ибо Христос сказал: “Не может древо зло плоды добры творити” (Матф. 7, 18). Поэтому, хотя бы такой от какого-либо святого, а не только от своего игумена, принял епитимию, он не разрешается к священнослужению. Он не священник, а разрешивший его – не святой; ибо таким образом ниспровергнутся и исчезнут все канонические постановления” (Там же, часть 3, письмо 216. К Мефодию монаху, стр. 622-626).

Вывод ясен: – если в ереси, о которой говорит преподобный Феодор Студит, нет истинного священства, то тем паче нет и не может быть в ныне господствующей ереси антихристовой!

Ересь ныне господствующая.

Святой исповедник Христов говорит:

“Вообще ереси подобны некоторой цепи, сплетенной бесом: они держатся одна другой и зависят от одной главы – нечестия и безбожия, хотя различаются по названиям, по времени, месту, количеству, качеству, силе и деятельности” (Там же, часть 1, письмо 40. К Навкратию сыну, стср. 286).

“Настоящая ересь – есть во всяком случае отречение от Христа” (Там же, часть 3, письмо 213, стр. 777).

“Это – тягчайшая ересь!” (Там же, часть 1, письмо 48, стр. 296).

“Это не простая ересь, а ересь отречения от Христа” (Там же, часть 3, письмо 213, стр. 777).

И поэтому: “Они – не Церковь Господня... Это не Церковь Божия!” (Там же, часть 1, письмо 43. К брату Иосифу и архиепископу, стр. 293).

Если преподобный игумен и исповедник Христов так рассуждает о современных ему двух ересях, прелюбодейной и иконоборческой, то что сказать о современной, в самом точном смысле – богоборной, антихристовой?!

Формы общения с ересью

Послабление епитимии.

Возможно, ли исключение из правил епитимии? Этот вопрос неоднократно ставится преподобным Феодором Студитом.

“Имевший общение против Христа как может иметь общение со Христом? – Ответ: Разрешение отлучения от священнослужения зависит от соборного последования. Решившийся снова бороться после падения пусть лишается того места (положения), которое он занимал; иначе как сделается известным отречение, которое он допустил, и ему самому и другому? Сделать послабление не могу, особенно если в это возвращение его к борьбе не ознаменовалось каким-нибудь отличным делом, как, у епископа Лаодикийского. Ибо и этому я не советовал бы священнодействовать, а разве вступить в общение ради его знаменитости... Впрочем, так как и усиление и послабление зависит от налагающего епитимию, – я говорю в отношении к общению, а не священнодействию, – то; если по непостижимым судьбам праведного гнева Божия продолжатся времена ереси, можно и прежде собора разрешить в Господе, (смотря по тому) тяжко или легко пало это лице и какое оказывает покаяние, как для наших, так и для внешних, равно и принимать пищу вместе им не надобно препятствовать, но с тем, чтобы они не благословляли до разрешения. Вот что относительно таких представилось мне в страхе Божием и по истине”. (Там же, часть 2, письмо 11. К Навкратию сыну, стр. 344).

И если возможно для священника какое-то послабление, в случае если он под запрещением, то при каких условиях и в чем оно выражается? – Ответ: “Мы, отнюдь, имать не говорим сегодня одно, а завтра другое; но одна и та же речь наша постоянна. Какая? – Пресвитеру, обличенному в общении с еретиками, особенно если он и подписался, недозволительно священнодействовать до времени православного собора, на котором подобные дела будут рассмотрены и обсуждены, а разве в случае крайней нужды можно: крестить, выносить мертвого, преподавать одеяние монаху, освящать Богоявленскую воду, читать Евангелие на утрени и преподавать Святые Тайны, уже совершенные неповинным пресвитером; и это, как я сказал, в случае крайней нужды; ибо ему недозволительно делать и сказанное, если найдется священник, не имеющий общение с еретиками”. (Там же, часть 2, письмо 204. К Ирине игумении, стр. 607-608).

“Но возводить его (возвращать) на ту же степень, с которой он низведен (извергнут) не следует до надлежащего времени (до собора), чтобы и этот род преступления был строже наказываем и предварительно сделалось известным, какой способ врачевания удовлетворителен”.(Там же, часть 2, письмо 212. К Евфимию епископу Сардийскому, стр. 618).

К сказанному нечего прибавить, – все предельно ясно. Главное же правило сводится к тому, что священнослужитель, так или иначе вступивший в общение с еретиками и господствующей ересью или давший подписку, запрещается в священнослужении до соборного осуждения ереси и рассмотрения поведения каждого пастыря.

Заключение

Выше были предложены правила поведения православного христианина во время господства богоборной ереси, извлеченные из творения величайшего исповедника веры Христовой – преподобного игумена Феодора Студита. Эти правила очень строги, но и очень близки нам, нашим вопиющим нуждам духовным. Ибо, эти правила созданы, а, вернее, внушены удерживающим антихриста (2 Фесс. 2, 7) Духом Святым, – как средство необходимой защиты против опасности поглощения истинной веры и Церкви богоборческой ересью.

Правила строги, но они “общий голос” древней исповеднической и мученической Церкви, а поэтому должны быть особо близки нам, потому что они – плод благодатного прозрения святого исповедника в то, что “настоящие события оказываются введением к пришествию антихриста”. Это подлинные слова самого преподобного Феодора Студита (Творения, том 2, часть 3, письмо 42. Патрицию, стр. 662).

И если те события были “введением к пришествию антихриста”, то ныне мы живем уже в условиях его пришествия и его богоборного владычества. И коль строги строгие правила преподобного Феодора Студита, – а они не только его правила, но и всей Церкви борющейся, – были необходимы тогда, то тем более они необходимы теперь, – с подбором из этих правил самых строгих решений, ибо зло достигло неимоверного развития.

ПРАВИЛА ПРЕПОДОБНОГО ФЕОДОРА СТУДИТА

Феодор Студит

Преподобный исповедник Феодор, игумен Студийский, и брат его Иосиф, епископ Солунский, были детьми благородных и богатых родителей, живших в Константинополе. Когда Феодору минуло 22 года, он посвятил себя иноческой жизни, склонив к ней и супругу свою Анну. Вместе со своим дядей Романом он подвизался в уединенном месте близ Константинополя. Вскоре Феодор был поставлен в игумены константинопольского Студийского монастыря, основанного в 461 г. вельможей Студием. Собрав в монастырь иноков, преподобный дал им строгий устав, который под именем «Студийского» соблюдается православной церковью до сих пор. Феодор обличал отвергавшего почитание икон и преследовавшего их почитателей императора Льва Армянина, за что был сослан в заточение. Пересылаемый из одной темницы в другую, терпящий страшные истязания, Феодор продолжал обличать иконоборческую ересь посредством писем. В 826 г. мученик скончался. В 845 г. святые мощи его перенесены в Студийский монастырь. Святому Феодору написано много канонов. Память его празднуется 11 ноября; 26 января – перенесение мощей его. Брат святого Феодора, преподобный Иосиф, тоже страдал от иконоборцев и скончался в 830 г. в Студийском монастыре. Святым братьям Феодору и Иосифу приписывается составление «Триоди постной», употребляемой при богослужении Великим постом. Мощи святых почивают в Студийском монастыре в одном гробу.

Молитва преподобному Феодору Студиту

О, священная главо, преподобие отче, преблаженне авво Феодоре, не забуди убогих твоих до конца, но поминай нас всегда во святых и благоприятных молитвах к Богу. Помяни стадо твое, еже сам упасл еси, и не забуди посещати чад твоих. Моли за ны, отче священный, за дети твоя духовныя, яко имеяй дерзновение к Небесному Царю, не премолчи за ны ко Господу, и не презри нас, верою и любовию чтущих тя. Поминай нас недостойных у Престола Вседержителева, и не престай моляся о нас ко Христу Богу, ибо дана тебе бысть благодать за ны молитися. Не мним бо тя суща мертва: аще бо телом и преставился еси от нас, но и по смерти жив сый пребывавши, не отступай от нас духом, сохраняя нас от стрел вражиих и всякия прелести бесовския и козней диавольских, пастырю наш добрый. Аще бо и мощей твоих рака пред очима нашима видима есть всегда, но святая твоя душа со ангельскими воинствы, со безплотными лики, с небесными силами, у престола Вседержителева предстоящи, достойно веселится. Ведуще убо тя воистину и по смерти жива суща, тебе припадаем и тебе молимся: молися о нас Всесильному Богу, о пользе душ наших, и испроси нам время на покаяние, да невозбранно прейдем от земли на небо, от мытарств же горьких, бесов воздушных князей и от вечныя муки да избавимся, и Небеснаго Царствия наследницы да будем со всеми праведными, от века угодившими Господу нашему Иисусу Христу: Ему же подобает всякая слава, честь и поклонение, со Безначальным Его Отцем, и с Пресвятым и Благим и Животворящим Его Духом, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

Кондак. Глас 2

Постническое и равноангельское житие твое страдальческими уяснил еси подвиги и Ангелом совсельник, Богоблаженне, явился еси, Феодоре. С ними Христу Богу моляся не престай о всех нас.

Тропарь преподобному. Глас 8

Православия наставниче, благочестия учителю и чистоты, вселенныя светилъниче, монашествующих Богодухновенное удобрение, Феодоре премудре, ученьми твоими вся прсветил еси, цевнице духовная, моли Христа Бога спастися душам нашим.

Кондак преподобному. Глас 2

Чистотою душевною Божественно вооружився и непристанныя молитвы яко копие вручив крепко, пробоя еси бесовская ополчения, Феодоре, моли непрестанно о всех нас.

Величание преподобному

Ублажаем тя, преподобие отче Феодоре, и чтем святую память твою, наставниче монахов и собеседниче Ангелов.

Из книги Византийское богословие. Исторические тенденции и доктринальные темы автора Мейендорф Иоанн Феофилович

4. Православное богословие образов: Теодор Студит и Никифор Феодор Студит (759-826) был одним из главных преобразователей восточнохристианского монашеского движения. В 798 г. он оказался во главе Константинопольского монастыря, основанного в свое время Студием. Монастырь

Из книги Русские подвижники 19-ого века автора Поселянин Евгений

Феодор Студит Феодор в IX в. являл собою как образец строгой монашеской жизни, так и идеолога ригористской монашеской партии, игравшей решающую роль в судьбах византийского христианского мира.В предыдущей главе обсуждался вклад Феодора в богословие образов как аспекта

Из книги Добротолюбие. Том IV автора Коринфский Святитель Макарий

СХИМОНАХ ФЕОДОР Жизнь схимонаха Феодора представляет пример неустанного стремления к нравственному совершенствованию среди постоянной борьбы и множества испытаний.Он родился в 1756 г. в городе Карачеве Орловской губении. Его отец был из купеческого звания, мать из

Из книги ДОБРОТОЛЮБИЕ автора Автор неизвестен

Святой преподобный Феодор Студит

Из книги Антология восточно–христианской богословской мысли, Том II автора Автор неизвестен

ПРЕПОДОБНЫЙ ФЕОДОР Предлежащее умозрительное слово достойно занять место в ряду других аскетических писаний, по мудрому истолкованию внутренних явлений в нашей духовной жизни. и выводу изт, того подобающих уроков для подвизающихся.Кто был автор сего слова неизвестно. В

Из книги Полемические сочинения против монофизитов автора Иерусалимский Леонтий

СВЯТЫЙ ПРЕПОДОБНЫЙ ФЕОДОР СТУДИТ ОЧЕРК ЖИЗНИ СВ. ФЕОДОРА СТУДИТАЖизнь написана монахом Михаилом. См. в patrologiae graecae Migne - t. 99. - Здесь - извлечениеСв. Феодор, сын высокородных и сановитых родителей (отец его заведывал сбором царских податей), воспитан был в добром

Из книги Творения автора Константинопольская Кассия

Св. Феодор Студит (Т. А. Сенина (монахиня Кассия))

Из книги Том V. Книга 1. Нравственно-аскетические творения автора Студит Феодор

Св. Феодор Студит. Письмо св. Платону Студиту о почитании икон Мы утешаем самих себя, когда говорим со священною главою нашею. Ибо что утешительнее для сына, как не беседовать с отцом, особенно же с таким отцом, и столь великим, добродетель коего прославляют многие

Из книги Полный годичный круг кратких поучений. Том IV (октябрь – декабрь) автора Дьяченко Григорий Михайлович

Св. Феодор Студит. Первое опровержение иконоборцев (фрагменты) Наступает время говорить, а не молчать всякому, кто сколько–нибудь оказывается в состоянии, так как возникла некоторая ересь, восстающая на истину и пустословием внушающая страх душам неутвержденных.

Из книги Православная энциклопедия автора Луковкина Аурика

Феодор Абу-Курра

Из книги автора

Св. Феодор Студит, письмо к св. Кассии И мудро, и разумно все, что твоя добродетельность опять сказала нам; поэтому мы с полным правом удивились и возблагодарили Господа, встретив такой ум в юной девице. Правда, это не похоже на бывших прежде, ибо мы, нынешние, и мужчины и

Из книги автора

Преподобный Феодор Студит, его церковно-общественная и богословско-литературная деятельность. Исторический очерк Преп. Феодор Студит принадлежал к числу самых замечательных деятелей Православия в VIII и IX веках. Студитом он назван по имени знаменитого в Византии

Из книги автора

Глава четвертая Преподобный Феодор Студит как организатор монастырского общежительного строя Один из древних биографов преп. Феодора, оценивая историческое значение его деятельности и подвигов, говорит, что этот великий отец особенно «приятен и полезен» для тех, кои

Из книги автора

Преподобный Феодор Студит Нравственно-аскетические творения: Великое оглашение Великое оглашение Преподобного отца нашего и исповедника Феодора, игумена Студийского монастыря, Огласительные слова к его

Из книги автора

Поучение 3-е. Преподобный Феодор Студит (Честна пред Господом смерть преподобных Его) I. Преп. Феодор Студит, память коего ныне, жил в VIII веке, когда в греческой империи господствовало гонение на почитателей св. икон, возбужденное императором Константином Копронимом. Как

Из книги автора

Феодор Студит Преподобный исповедник Феодор, игумен Студийский, и брат его Иосиф, епископ Солунский, были детьми благородных и богатых родителей, живших в Константинополе. Когда Феодору минуло 22 года, он посвятил себя иноческой жизни, склонив к ней и супругу свою Анну.

Преподобный Феодор Студит родился в 758 году в Константинополе в семье сборщика царских податей Фотина и его супруги Феоктисты, благочестивых христиан. Серьезное и систематическое образование преподобный Феодор получил у лучших риторов, философов и богословов столицы.

В то время в империи широко распространилась ересь иконоборцев, которую поддерживал злочестивый император Константин Копроним (741-775). Взгляды императора-иконоборца и его двора решительно противоречили религиозному чувству Фотина, ревностного сторонника Православия, и он оставил государственную службу. Затем родители святого Феодора, по обоюдному согласию, раздав свое имение бедным, расстались и приняли монашеский постриг. Их сын Феодор вскоре стал широко известен в столице, участвуя в многочисленных тогда диспутах об иконопочитании. Совершенное ораторское искусство, свободное владение терминологией и логикой философов и, самое главное, глубокое знание христианской догматики, буквы и духа Священного Писания неизменно приносили победу в диспутах святому Феодору - ревностному обличителю иконоборческой ереси.

Церковные раздоры умирил VII Вселенский Собор, созванный по инициативе и под покровительством благочестивой императрицы Ирины. Своими установлениями Вселенский Собор как высший авторитет в жизни Церкви навсегда обличил и отверг иконоборчество. Среди отцов Собора был (память 5 апреля) дядя преподобного Феодора, долгое время подвизавшийся на Олимпе. Старец высокой жизни, блаженный Платон по окончании Собора призвал племянников - Феодора с братьями Иосифом и Евфимием - к иноческой жизни в пустыне. Братья с благодарностью приняли указание опытного в духовной жизни родственника. Оставив Константинополь, они отправились в местечко Сакудиан, недалеко от Олимпа. Уединенность и красота того места, его труднодоступность для людей праздных, понравились старцу и его племянникам, и они решили остаться здесь. Постепенно к храму во имя святого Иоанна Богослова, который построили братья, начали стекаться жаждущие монашеского подвига. Так возник монастырь, игуменом которого стал блаженный Платон. Жизнь инока Феодора была воистину подвижнической. Он трудился на самых тяжелых черных работах. Он строго хранил пост, каждый день исповедовался у своего духовного отца старца Платона, открывая ему все дела и помыслы, тщательно исполнял его советы и наставления. Ежедневно Феодор уделял время духовным размышлениям, предстоял Богу с душой, не замутненной никаким житейским попечением, совершая как бы некое тайное служение Ему. Преподобный Феодор неопустительно читал Священное Писание и святоотеческие творения, среди которых наиболее близки были ему творения святителя Василия Великого. Через несколько лет иноческой жизни, по настоянию духовного отца, преподобный Феодор принял сан пресвитера. Когда блаженный Платон ушел на покой, братия единодушно избрала преподобного Феодора игуменом монастыря. Склоняясь перед желанием своего духовника, преподобный Феодор принял это избрание, но с ним возложил на себя еще большие подвиги. Братию он вразумлял примером своей добродетельной жизни, а также сердечными отеческими поучениями.

Когда император преступил церковные каноны, события внешней жизни нарушили благоговейную тишину монашеских келлий. Преподобный Феодор мужественно разослал по монастырям послания, в которых объявил императора Константина VI (780-797) отлученным от Церкви за разорение Божественных установлений о христианском браке. Преподобного Феодора и десятерых его сподвижников отправили в ссылку в город Солунь. Но и оттуда продолжал звучать обличающий голос преподобного. Святая Ирина, возвратившая себе престол, освободила преподобного Феодора в 796 году, передала ему опустевший при Копрониме Студийский монастырь. Скоро в обители святого собралось около 1000 иноков. Для управления монастырем преподобный Феодор написал устав иноческой жизни, получивший название Студийского. Преподобный Феодор выступал со многими посланиями против иконоборцев. За догматические сочинения, а также написанные им каноны и трипеснцы блаженный Феостирикт назвал преподобного Феодора "пламенным учителем Церкви".

Когда императорский престол захватил Никифор, свергнув благочестивую императрицу Ирину, и грубо нарушил церковные установления, своей властью приобщив к Церкви ранее отлученного пресвитера, преподобный Феодор вновь выступил с обличением императора. После истязаний преподобного вновь отправили в ссылку, где он пробыл более двух лет. Освободил преподобного кроткий и благочестивый император Михаил, сменивший на престоле убитых на войне с варварами Никифора и его сына Ставрикия. Смерть их задолго была предсказана преподобным Феодором.

Чтобы избежать междоусобной брани, император Михаил уступил престол своему военачальнику Льву Армянину. Новый император оказался иконоборцем. Святители и учители Церкви пытались вразумить нечестивого царя, но безуспешно. Лев запретил иконопочитание и отдал на поругание святые иконы. В ответ на такое беззаконие преподобный Феодор совершил с братией крестный ход вокруг монастыря с высоко поднятыми иконами и пением тропаря Нерукотворному образу Спасителя. Император гневно угрожал святому смертью, но преподобный продолжал открыто утверждать верующих в Православии. Тогда император отправил преподобного Феодора и его ученика Николая в ссылку, сначала в Иллирию в крепость Метопу, затем в Анатолию в Бониту. Но из заточения исповедник продолжал борьбу с ересью. Истязаемые палачами, которых посылал в Бониту император, почти лишенные пищи и питья, покрытые язвами, едва живые, Феодор и Николай все переносили с молитвой и благодарением Господу. В Смирне, куда мучеников перевели из Бониты, преподобный исцелил от лютой болезни воеводу - царского племянника и единомышленника, велев ему покаяться в совершенных злодеяниях иконоборчества. Однако тот вновь впал в ересь и умер. Льва Армянина, убитого его же воинами, сменил, хотя и нечестивый, но веротерпимый император Михаил II Травлий. Новый император освободил из заточения всех православных отцов и исповедников, однако запретил иконопочитание в столице. Преподобный не захотел вернуться в Константинополь и решил поселиться в Вифании в городе Херсонесе, близ церкви святого мученика Трифона. Несмотря на тяжелый недуг, преподобный Феодор ежедневно совершал Божественную литургию, поучал братию. Предуведав свою кончину, святой призвал братию и завещал их хранить Православие, почитать святые иконы и соблюдать монастырский устав. Затем он повелел братии взять свечи и петь канон на исход души. При пении слов "во век не забуду оправданий Твоих, яко в них оживил мя еси" - преподобный Феодор отошел ко Господу, в 826 году.

В тот же час было видение (память 6 июня). Воссиял свет небесный, послышалось пение и был Голос: "Это душа преподобного Феодора, пострадавшего даже до крови за святые иконы, отходит ко Господу". Преподобный Феодор при жизни своей и по смерти совершил много чудес: призывающие его имя избавлялись от пожаров, о нападений диких зверей, получали исцеления, воздавая благодарение Богу и Его святому угоднику - преподобному Феодору Студиту. празднуется память перенесения мощей преподобного Феодора Студита из Херсонеса в Константинополь в 845 году.

Иконописный подлинник

Новгород. XV.

Прпп. Феодор Студит, Феодосий Великий, Ефрем Сирин. Икона (таблетка). Новгород. Конец XV в. 24 х 19. Из Софийского собора. Новгородский музей.

Местность эта была весьма прекрасна и благоприятна для ищущих безмолвия. Находясь на горе, закругленная и ровная, она была окружена различными высокими деревьями, имела вкусную проточную воду и единственный доступ по небольшой тропинке. Платону и его спутникам место это весьма понравилось, и они поселились там и вскоре построили церковь во имя святого Иоанна Богослова. Когда число братии стало умножаться, Платон устроил монастырь ; блаженный же Феодор, будучи им же пострижен в чин инока, более других умерщвлял плоть свою подвигами и постом. Поучаясь смирению, он выбрал для себя самые тягчайшие и низкие труды и послушания. И многим казалось удивительным. что сын богатых и благородных родителей, воспитанный в неге и покое, подвергает себя столь суровым подвигам: рубит дрова, носит воду, копает землю в винограднике, перетаскивает камни и усердно исполняет и иные подобные послушание, напр. часто занимается переноской навоза в виноградник для удобрения земли. В то же время святой помогал в работах слабейшим братиям, больных телом, и был для всех слугою. Имел он еще попечение и о том, дабы все свои помышления и поступки исповедывать своему отцу духовному – святому Платону. С любовью приходя к нему, Феодор исповедывался и усердно принимал от него наставление. Он постоянно отделял для себя от каждого дня часть времени для богомыслия, дабы, предстоя Единому Богу, вдали от всего мирского и суетного совершать Ему некое таинственное служение. Но добродетель его не могла утаиться; ибо сами слёзы, которые изобильно истекали из его глаз, бывали несомяенным доказательством многих его добродетелей. Воздержание святого было дивно и разумно. Он не уклонялся от пищи и в то же время не отягощал своего желудка, но искусно сокрушал главу тщеславного змия: ибо не постился более установленного для всех братий времени; но когда все находились на трапезе, тогда и он сидел и ел вместе с другими. Но, при этом, он вкушал весьма мало: сколько требовалось лишь для того, чтобы удовлетворить самой необходимой телесный потребности, и в то же время старался скрыть от других свое воздержание, дабы не узнали, что он почти совсем не принимает пищи, и не показывался людям постящимся. Сему его обычаю многие соревновали и, насколько возможно, старались подражать. Из числа таких были следующие: Иосиф , брат его по плоти, который впоследствии за свою добродетельную жизнь был поставлен пастырем Солунской церкви , Евфимий, другой его брат, затем Афанасий, Навкратий, Тимофей и многие другие из постников, кои, последуя образу мыслей и поведению Феодора, преуспевали в добродетелях. Преуспевая в непрестанных подвигах молитвы и богомыслия, блаженный Феодор имел великое усердие к чтению душеспасительных книг; прилежно прочитывал он Ветхий и Новый Заветы и творения святых отцов. В особенности он любил читать творение святого Василия Великого , которые были как бы пищею для души его, и от которых он получал великое духовное наслаждение. Законоположенные святым Василием Правила и Уставы иноческой жизни он тщательно хранил, не преступал и одной черты в них; тех же, которые не соблюдали сих правил включительно до малейшего постановления, он считал не иноками, но мирянами.

Видя блаженного Феодора сиеющим столь добродетельною жизнью, преподобный Платон чрезвычайно радовался за него Решив почтить святого Феодора священным саном, он отправился с ним в Византию к святейшему патриарху Тарасию, который и рукоположил Феодора в сан пресвитера, не столько по его доброй воле, сколько по понуждению; ибо блаженный, считая себя недостойным, не желал принимать на себя такого сана и говорил, что он выше сил его. Но, будучи не в силах противоречить воле своего отца духовного Платона и патриаршей, а более всего Божественному изволению, он повиновался и принял священство. Вернувшись затем в монастырь, преподобный устремился к еще большим подвигам и трудам, которых невозможно и описать.

По прошествии нескольких лет, преподобный Платон, ставши немощным, вследствие многолетней и утружденной старости, решился сложить с себя начальствование над монастырем и пожелал, дабы после него власть принял блаженный Феодор. Он часто говаривал о семь последнему, умоляя и наставляя его, дабы он облегчил бремя отца своего и согласился быть начальником в монастыре. Феодор всячески отказывался от власти, лучше соглашаясь сам жить под начальством других, нежели начальствовать над другими, полагая, что легче и для спасения полезнее получать наставление от других, нежели самому наставлять кого-либо. Преподобный Платон, видя, что Феодор не оказывает повиновения в сем его желании, придумал следующую хитрость: он слёг в постель, как бы больной, – да он и в действительности был слаб, – и, созвав всю братию, сообщил о себе, что он чувствует приближение своей кончины, а затем спросил: кого они желают после него иметь своим настоятелем, кого они считают наиболее способным для сего? Преподобный знал, что они не иного кого пожелают иметь своим настоятелем, как только Феодора, ибо все любили его и почитали за великие его добродетели. Так и случилось: все единодушно отвечали:

– Отче! После тебя над нами игуменом да будет Феодор!

Платон немедленно передал всю власть Феодору, и блаженный Феодор не мог противиться желанию всей братии и, вопреки своей воле, принял власть . Вместе с тем он подъял на себя и еще большие подвиги, являясь образцом для всех, уча словом и делом и исправляя нарушения иноками уставов; ибо некоторые тогда не стали соблюдать иноческих правил, особенно обетов нестяжательности и нищеты. Соболезнуя относительно таковых, блаженный Феодор поспешил поскорее исправить их к лучшему и оказал пользу и остальным окрестным инокам. Если же некоторые и роптали на него, то он не обращал на то внимания, ибо не на то он взирал, что о нем говорят ропщущие, но заботился о том, дабы деятельность его сделалась угодной Богу. Впоследствии и ропотники, приходя в страх Божий, исполняли волю преподобного и открывали ему свои помыслы. Внимательно рассматривая их, он подавал каждому соответствующее врачевство, ленивейших возбуждая к подвигу, усерднейшим же несколько ослабляя их подвиг, дабы они не изнемогли под бременем подъятых трудов. Но благовременно теперь описать и страдание святого, которые он перенес по ревности о Боге и законе Божием, дабы нам узреть мужественное терпение Феодора в скорбях.

В то время, царь Константин, сын благочестивой царицы Ирины, пришедши в возраст, устранил от царского престола свою мать и сам стал управлять царством . Будучи молод и развращен, он предался излишеству в страстях и любодейству. Вследствие сего, он задумал прогнать свою супругу Марию и силою заставил ее постричься в иночество; вместо нее, он взял себе другую жену, по имени Феодотию, которая приходилась родственницей его отцу . Святейший же патриарх Тарасий не одобрял сего прелюбодеяния царя и не хотел благословить их брак. Но один пресвитер, по имени Иосиф, который был экономом великой церкви , нарушив Божественные законы и ослушавшись патриарха, согласился совершить над ними таинство брака. За сию преступную дерзость, – как о том покажет последующая речь, – он вскоре после того восприял достодолжное возмездие. Патриарх всячески старался расторгнуть сей прелюбодейный царский брак, но не мог, потому что царь грозился вновь воздвигнуть иконоборческую ересь, если ему запретят этот брак. Посему патриарх предоставил царю оставаться в его брачном союзе, дабы не постигло Христову Церковь сильнейшее зло. Сие беззаконие, начавшееся с царского чертога, распространилось повсюду, не только в ближайших городах, но и в далёких пределах. Так же стали поступать князья и вельможи, живущие при Босфоре и среди готов , и правители прочих областей, прогоняя от себя своих жен и по принуждению постригая их в иночество, а вместо них избирая себе других и прелюбодействуя с ними. Услышав о сем, блаженный Феодор скорбел душою и тяжко воздыхал о таковых, явно соделываемых грехах, опасаясь, дабы сие прелюбодейство не стало обычаем, беззаконие не стало бы впоследствии на место закона и закон Божий не был бы разрушен. Воспламенившись ревностью о законе Божественном, Феодор отправил ко всем инокам послание, сообщая о царском беззаконии и увещевая считать царя отлученным от Церкви Христовой, как разорителя закона Божия и соблазнителя многих. Слух о сей ревности и смелости Феодора распространился повсюду, так что о том узнал и сам царь и разгневался на преподобного. Но, считая Феодора за мужа праведного, у всех стяжавшего большую славу и почёт, он открыто не обнаруживал своего гнева и первоначально хотел склонить его на свою сторону ласкою. И вот он приказал своей прелюбодейной супруге, дабы она отправила от себя к святому множество золота, испрашивая молитв за себя и за свой род. Но святой не принял золота и прогнал посланных, как потворствующих беззаконию царя. Тогда царь изобрёл другое средство: он предпринял, как бы по некоторой необходимости, а в действительности же для того, чтобы побеседовать с Феодором и склонить его на свою сторону, путешествие в ту местность, где жил преподобный; царь предполагал, что Феодор с братиею встретит его и воздаст подобающую честь ему. Когда царь проходил мимо монастыря того, ни преподобный, ни один из братии его монастыря не вышел к нему навстречу, но, запершись, они пребывали в молчании; когда же царские слуги стали стучаться в ворота, никто не дал ответа. Тогда царь еще более разгневался и, вернувшись в свои палаты, послал немедленно в монастырь преподобного некоего сановника с воинами, приказывая подвергнуть святого и прочих единомышленных с ним иноков различным мучениям, с побоями выгнать из монастыря и отослать в заточение. Посланный, отправившись, внезапно напал на монастырь и, схвативши всех там находившихся, начиная с преподобного Феодора, немилосердно мучил, так что от ран их отделялись куски тела и обагрялась кровью земля. После сих мучений он отослал преподобного в Солунь на заточение и с ним одиннадцать начальствующих в монастыре отцов, которые, сострадая преподобному, доблестно претерпевали с ним узы и скорби, радуясь тому, что они подвергнуты мучениям и изгнаны правды ради.

Если ты желаешь вместе с нами, поклоняющимися иконе Христовой, оставаться внутри Христовой Церкви, то следуй патриарху и существующему при нем честному собору!

При этих словах царь пришел в еще большую ярость и с бесчестием прогнал всех от себя. Вышедши от царя, изгнанные преподобные отцы вместе с патриархом обступили блаженного Феодора, восхваляя его устами и вместе душами за то, что он с большим благоразумием и мужеством сопротивлялся мучителю и сильно посрамил его, смело изобличив его нечестие.

Когда они расходились по домам, от градоначальника вышло приказание, «Чтобы никто ни беседовал, ни совопросничал о вере, но чтобы все исполняли то, что повелел царь. Посланные с сим распоряжением дошли и до блаженного Феодора. Он же, услыхав этот указ, отвечал им:

– Сами рассудите: справедливо ли слушать вас больше Бога? Лучше пусть отрезан будет язык мой, чем я буду молчать и не защищать истинную веру.

И преподобный поучал всех непоколебимо содержать святую веру, одних призывая к себе, к другим сам приходя, к третьим посылая письма, и так подкреплял изнемогающих духом. Часто он приходил к патриарху, являясь для него добрым советником, и утешал его, так как видел его скорбящим и болезнующим душою.

– Отче, не скорби! – говорил он ему, – веруй, что Господь не оставит нас; Он не попустит испытания выше нашей силы и не даст злу возобладать нами. Если враг и воздвиг гонение на Церковь, то в непродолжительном времени скорбь обратится на его же голову. Ты знаешь слово Господне: «Горе миру от соблазнов, ибо надобно прийти соблазнам; но горе тому человеку, через которого соблазн приходит» ().

Сколько ересей со времен святых Апостолов и до настоящих дней воздвигали развращенные умом люди на Церковь, сколь много страданий потерпели от них бывшие раньше нас святые отцы! Но Церковь оставалась непреоборимою; пострадавшие светло прославлены и увенчаны, а еретики восприяли по делам своим».

Слушая это, патриарх и все отцы собора ободрились, и готовы были претерпеть все скорби за правоверие и не повиноваться зловерию.

По прошествии немногого времени, святейший патриарх Никифор был низвержен злочестивым царем с патриаршего престола и изгнан из Константинополя ; осуждены были также на заточение и все православные архиереи. Тогда представилось страшное зрелище ужасного кощунства, которое учиняли нечестивые иконоборцы. Одни святые иконы они выбрасывали на землю, другие сжигали, третьи намазывали калом и учиняли многие другие бесчинства. Видя таковое злодеяние, преподобный Феодор глубоко скорбел и, удивляясь Божию долготерпению, говорил со слезами:

– Как земля носит такое беззаконие?!

Но, не желая оставаться богопочитателем в тайне и в молчании оплакивать таковую напасть, он приказал – (при наступлении Вербного Воскресения) своей братии взять в руки святые иконы и ходить кругом монастыря, высоко неся иконы над собою и велегласно воспевая:

«Пречистому Твоему образу поклоняемся, Благий» , и другие победные песни в честь Христа. Узнав о сем, царь снова послал к святому, запрещая ему такие действия и угрожая, что в противном случае ему предлежат заточения, раны и смерть. Святый же не только не переставал утверждать верующих в иконопочитании, но еще более укреплялся в своем мужестве, открыто наставляя всех держаться православной веры и воздавать должную честь святым иконам. Тогда царь, убедившись, что невозможно ни ласкательством, ни угрозами остановить мужества и ревности преподобного Феодора, осудил его на заточение. Преподобный же, позвав к себе всех своих учеников и преподав им душеполезные поучения, сказал:

– Братие! Пусть каждый из вас ныне спасает свою душу по своему усмотрению, так как ныне – время лютое.

Затем, скорбя и плача, он покинул рыдающую по нем братию и, севши на корабль, был увезен в Аполлонию и заключен в темнице, в крепости, называемой Метопа . Но и там он поучал всех благоверию: с одними устно беседуя, к другим посылая письма. Письма его дошли до самого царя. Последний снова послал некоего Никиту, сына Алексеева, с приказанием отвести святого в более отдаленное место, именуемое Вонита и, заключивши его там в темнице, зорко наблюдать, чтобы он там никогда ни с кем не разговаривал и ничего не писал относительно иконопочитания. Никита, пришедши к преподобному, сообщил ему о царской воле. Преподобный отвечал:

– Я с радостью принимаю сей переход с места на место, так как у меня нет настоящего места жительства в сей жизни, но куда я буду приведен, там и есть мое место, ибо повсюду – земля Божия. А молчать и не учить о православной вере я не могу, и вас в том не послушаю и угроз ваших не устрашусь.

И так святой, будучи приведен на упомянутое место и заключен в темнице, и здесь ревностно исповедывал православие. Царь, узнавши, что Феодор ни в чем не покоряется его воле, распалился сильным гневом и отправил того же самого Никиту с повелением, подвергнуть преподобного жестоким мучениям. Никита, пришедши, возвестил преподобному о царском повелении; преподобный же, вслед за сообщением последнего, стал совлекать с себя одежды со словами: «Я издавна желаю пострадать за святые иконы», и предал свою плоть на мучение. Никита, будучи человеком сострадательным, увидав обнаженную плоть его, истощенную постом и непрерывными подвигами, умилился душою и не осмелился коснуться до него, ибо боялся Бога, и ушел, не причинив никакого зла святому. Последний же продолжал повсюду распространять свое православное учение, ибо и стражи благоговели пред ним и не могли воспрепятствовать ему в том, что им с угрозою было приказано возбранять Феодору поучать кого бы то ни было в православии. – Он писал также и к своим ученикам, рассеянным по различным странам; о них он особенно заботился, наставляя их, дабы они безбоязненно соблюдали истинное исповедание веры, если и бесчисленное множество раз жестоко пострадают. Он напомнил им, что нынешние временные страдания ничего не значат в сравнении с тою славою, которая откроется в нас в будущей жизни, которую получат все истинные мученики Христовы. Он писал также и к святейшим патриархам: к патриарху древнего Рима , к Иерусалимскому и Александрийскому , уведомляя их подробно о том, как были поруганы в Византии святые иконы и как православные содержатся в заточении и темницах, и истина принесена в жертву лжи. И он просил у них помощи для православной веры. Многие приходили к находящемуся в темнице преподобному послушать сладостного его учения и возвращались со многою для себя пользою.

Однажды случилось, что святого посетил некий клирик Асийской церкви , проходивший мимо. Сей последний, услыхав его учение о православной вере, немедленно отвергнул иконоборческую ересь и поклонился святым иконам. Вернувшись домой, – он не пожелал иметь общения со своим епископом – еретиком. Он увещевал и другого клирика, своего друга, обратил его к православию и отвратил от общения с еретиками. Епископ, узнав, что Феодор является виновником означенной перемены его клириков, сообщил о сем в письме царю, жалуясь на Феодора. Царь же снова повелел Асийскому полководцу подвергнуть Феодора жесточайшим побоям. Воевода отправил одного из своих подчиненных, с приказанием дать Феодору пятьдесят ударов. Когда же сей последний, пришедши к Феодору, сообщил блаженному о причине своего прихода, то Феодор снял пояс и одежду, добровольно подставляя свои плечи для ударов и говоря:

– Для меня вожделенно было бы с сими ранами совлечься и самого тела, дабы скорее отойти обнаженною душою к Господу.

Он же, устыдившись святого, поклонился ему, прося прощения, и ушел.

Потом пришел иной посол от царя, по имени Анастасий, весьма жестокий и немилостивый. Избив святого своими руками и нанесши ему до ста ударов, он заключил его в темницу. Также он поступил и с его учеником, по имени Николай , который всегда следовал за своим наставником и был участником его страданий; избивши Николая, Анастасий запер и его вместе с Феодором, причем отдал приказание стражам, дабы они строго содержали их в суровых лишениях, – и удалился. Нельзя и передать словами того, какую скорбь претерпел преподобный в сем темном затворе. Его плоть, истощенная от поста и иноческих подвигов, стала гнить и издавать смрад. К тому же и самая темница была наполнена нечистотою и пылью.

В течение зимы преподобный замерзал в ней от стужи, так как не имел даже необходимого одеяния, но лишь одно худое рубище. Летом же он истаявал от зноя, так как ветер ниоткуда не проникал в темницу и не освежал ее. При этом, в темнице было безмерное множество нечистых насекомых и гадов. Да и стража, получивши приказание с угрозою, стала относиться к нему жестоко и немилосердно. Она обижала и укоряла его, называя безумцем и врагом царя. В оконце бросали Феодору и его ученику лишь по небольшому ломтю хлеба и подавали немного воды, и то не всегда, но чрез день или чрез два, иногда же по прошествии многих дней, – и так морили их голодом и жаждою. И сказал преподобный Феодор ученику своему:

– Чадо! Я замечаю, что сии люди не только многими побоями и сею тяжкою темницею, но и голодом и жаждою желают уморить нас. Но возложим надежду на Бога, Который не одним хлебом, но и лучшею некоторою пищею умеет питать, мановением Которого держится всё живущее. Для меня же отселе да послужит пищею для тела и души причащение Владычного Тела.

(Преподобный везде имел при себе частицу Животворящего Тела, напоенную кровию Христа Господа, которую он запасал при совершении Божественного таинства, – когда то было возможно для него). «Только сим, говорил он, пускай буду я причащаться, не вкушая ничего другого. А подаваемый для обоих нас хлеб – пускай будет для тебя одного, также и вода. Ты и сам видишь, что нам подают хлеба очень мало, едва достаточно тебе одному для подкрепления тела; лучше ты останься жив и возвести братии о моей кончине, если такова будет воля Божия, чтобы я скончался в сей, полной лишений, тесноте».

По прошествии некоторого времени, Тот, Который «открывает руку и насыщает все живущее по благоволению» (), не оставил без помощи Своего угодника, умиравшего от ужасного голода, но промыслил о нем таким образом. Некий царский вельможа, проходя мимо того затвора, разузнал всё относительно святого, какое он терпит притеснение и голод. Бог склонил сердце вельможи к милости, и он приказал сторожам, дабы они давали Феодору и ученику его достаточно пищи и чтобы вообще вперед не причиняли им зла и притеснений, но позволяли им жить несколько отраднее. Таким образом, несколько освободившись по благоволению Божию, от многих, указанных выше, скорбей, они окрепли телом. Но и после того, святой отец продолжал бороться со многими напастями, так как у него был больной желудок, и он был подвержен сильному недугу. Так святые угодники Христовы прожили в темнице более трех лет, принимая от сторожей плохой хлеб, да и то с укором и ругательствами. Всё же сие они претерпевали ради православия, с радостью.

Не успели еще оправиться они от скорбей и болезней, как им суждено было подвергнуться новым скорбям, еще более тяжелым. Неизвестно откуда, в руки царя попала некая грамота блаженного Феодора, в которой изложено было обличение нечестия царя и наставление верующих в благочестии и православии. Прочитав эту грамоту, царь воспылал еще сильнейшею яростию и отправил к Феодору некоего безжалостного воеводу, – показать ему ту грамоту и спросить принадлежит ли она ему, и бить его даже до последнего издыхания. Воевода, пришедши, показал грамоту блаженному, а последний действительно удостоверил, что сия грамота – его, а не кого-либо другого. Тогда воевода немедленно приказал бить прежде всего ученика его Николая, распростерши его нагим по земле, так как он от лица Феодора писал сие письмо. Потом, раздевши и преподобного Феодора, беспощадно бил его, изранил всё его тело и едва не сокрушил и самых костей. Оставив его еле живым, воевода снова пришел к ученику его Николаю, то убеждая его ласкательствами, то угрожая, дабы он отказался поклониться святым иконам. И так как тот оставался верным православию, снова стал бить его больше прежнего и оставил его на ночь в холоде нагим, дабы он вдвойне подвергался мучениям, ибо тогда был февраль месяц. Преподобный же Феодор от жестоких побоев впал в болезнь, с трудом переносимую, и лежал, как мертвец, едва имея возможность дышать, не принимая ни пищи, ни пития. Николай, заметив своего наставника столь обессилевшим, забыл о себе, хотя и сам от ран переносил ужаснейшие страдания, и заботился о выздоровлении Феодора. Выпросивши ячменный напиток, он смачивал им пересохший язык преподобного и, подавая немного пития, оживлял его. Заметив, что преподобный понемногу приобретает жизненную силу, он начал лечить и остальное загнивающее его тело. Многие части тела его, посинелые, согнившие и висевшие совершенно негодными, он отрезал небольшим ножом и выбрасывал, дабы успешнее залечивалась оставшаяся плоть. Когда же преподобный стал понемногу выздоравливать, он также врачевал своего ученика.

Между тем как святые в течение девяноста дней так страдали и еще не оправились вполне от ран, от царя явился другой суровый и бесчеловечный посланник, которому повелено было отвести Феодора и ученика его Николая в Смирну . Сей посол был сребролюбив и, подумав, что Феодор с приходящих к нему для поучения брал золото, приказал, вследствие сего, обыскать в темнице все скважины, разломать стены и вынести землю, в надежде найти золото. Но, не нашедши ничего, он с особенною жестокостью стал приводить в исполнение повеление царя. С ругательством и толчками изведя преподобного и ученика его из темницы, он передал их воинам, и они, таким образом, поведены были в Смирну. Блаженный же, хотя телесная сила его и ослабевала, но, укрепляемый Богом, шел с безжалостными воинами; в течение целого дня они без отдыха его вели, а на ночь привязывали за ноги к дереву. Таким образом, он с трудом едва дошел до Смирны, где был отдан мужу злобному и поборнику нечестия. Последний запер Феодора в некоей низкой и темной хижине. С ним заперли и ученика его Николая, и, таким образом, блаженные рабы Христовы страдали вместе. Вскоре от царя снова пришел вышеупомянутый безжалостный Анастасий, и, вновь нанеся преподобному сто ударов, удалился; преподобный же всё сие претерпевал с благодарением.

В то время в Смирнской области воеводою был царский племянник и единомышленник, который впал в жестокий неисцельный недуг и находился при последнем издыхании. Один из его слуг, державшийся православного учения, пришел к болящему и сказал ему, что преподобный Феодор имеет от Бога благодать исцелять всякие болезни. Тот немедленно отправил к преподобному своих слуг с просьбою, помолиться о нем Богу и освободить его от приблизившейся уже смерти. Преподобный отвечал посланным:

– Скажите пославшему вас, – Феодор говорит так: – Памятуй, что ты будешь отвечать пред Богом в день твоей смерти за свою нечестивую жизнь и за то зло, которое ты причинил правоверным. Ко многим иным твоим беззакониям ты присоединил еще и то, что подвергнул моих иноков неисчислимым бедствиям и в мучениях убил великого в добродетелях Фаддея . И вот он ныне радуется со святыми; тебя же кто спасет от вечных мучений? По крайней мере при кончине – покайся в своих злодеяниях.

Посланные, возвратившись, передали все слова Феодора болящему воеводе. Последний весьма испугался, размышляя о содеянных им злодеяниях, и снова отправил к преподобному послов, испрашивая прощения и давая обещание принять православную веру, если он восставит его своими молитвами от одра болезни. Преподобный отправил к воеводе икону Пречистой Божией Матери, приказывая ему в течение всей его жизни сохранять ее при себе с благоговением. Воевода, принявши ту святую икону, получил облегчение в болезнях и стал выздоравливать. Но вскоре, под влиянием Смирнского епископа, бывшего еретиком, он обратился к прежнему своему зловерию. Получив от последнего елей, как бы благословение себе, он помазался им, в надежде на полное выздоровление. Но, после этого, к нему снова возвратился прежний недуг. Узнав о сем, преподобный предсказал лютую смерть грешнику, что и сбылось, – ибо он вскоре погиб мучительною смертью. Преподобный же Феодор, страдая в затворе, претерпевал заключение в Смирне в течение полутора лет. После сего злочестивый царь Лев Армянин был насильственно лишен жизни, будучи убит своими воинами, а после него царский престол получил Михаил, по прозванию Травлий, он же и Валвосъ . Сей император хотя и был нечестив, тем не менее не подвергал гонению православных, но предоставил каждому веровать так, как кто желает. Посему при нем все отцы и исповедники православия были освобождены от заключения, выпущены из темницы и возвращены из изгнания. Тогда и преподобный Феодор получил облегчение в своих страданиях. И пришли к нему некоторые из прежних его учеников, между которыми находился с юных еще лет преуспевший в добродетелях Дорофей, затем Виссарион, Иаков, Дометиан, Тимофей и многие другие, отличившиеся благочестивою жизнью и горячею, неизменною любовью к отцу своему духовному Феодору. От царя в Смирну пришло приказание, дабы и Феодор, как и остальные, был отпущен в свою обитель.

Когда блаженный возвращался из заточения, православные повсюду встречали его с радостью, предупреждая друг друга и стараясь принять его в свой дом, дабы сподобиться его молитв и благословения и насладиться сладостными его поучениями. Вся Церковь радовалась возвращению Феодора, и все ублажали его, как человека столь много пострадавшего за святые иконы и своим учением утвердившего всех в православии. На возвратном пути преподобный прибыл в Халкидон , чтобы повидаться с блаженным иноком Феоктистом, который некогда почтен был саном магистрианским , и, утешившись с ним духовною беседою, отправился посетить своего сострадальца, святейшего патриарха Никифора, сосланного в заточение злочестивым царем Львом Армянином. Насладившись духовною беседою с ним, преподобный удалился в Крискентиевы места и многих обрадовал своим присутствием, преподав им душеспасительное наставление. Вторично возвратившись оттуда к патриарху, он с ним и с прочими епископами отправился к царю и увещевал его принять православие. Но тот, будучи неразумным и ненаученным Слову Божию, не внимал речам святых отцов и только сказал им следующее:

– Я вам не возбраняю делать, что вы желаете; только не позволю ставить икон в царствующем граде, но в ином месте пускай ставят их для себя, кто где хочет; я же не желаю поклоняться иконам.

Когда он сие в безумии изрек, преподобные отцы удалились из Византии. Преподобный Феодор со своими учениками поселился в местах Крискентиевых. Спустя немного времени, во время войны, возбужденной некиим Фомою, пожелавшим присвоить себе царскую власть, у святого явилась необходимость вновь с братиею явиться в Константинополь . По окончании войны, святой, не желая жить среди народа, зараженного иконоборческою ересью, снова удалился оттуда. Выйдя из Константинополя, он не пошел в Крискентиевы места, но поселился в Акритовом Херсонесе , где находилась церковь во имя святого Трифона, и здесь вместе со своими учениками проводил в благочестивых подвигах богоугодную иноческую жизнь. Немного проживши в таком житии со своими возлюбленными друзьями, преподобный приблизился к блаженной кончине своей, имея шестьдесят семь лет от роду. Пред кончиною, в ноябре месяце, он подвергся жестокому недугу и ужасно страдал желудком. Известие о том, что блаженный Феодор болен и приближается к смерти, – распространилось повсюду. Тогда к нему стало стекаться множество благочестивых христиан, приходивших и из царствующего града, и из различных окрестных селений, дабы или послушать преподобного за беседой и насладиться последними его словами, или хотя бы взглянуть на него – отходящего к Богу. Считали за великую пользу даже только то, чтобы к нему приблизиться: ибо сей дивный муж был сладостен словом, премудр разумом и украшен всеми добродетелями. Когда блаженный лежал в постели и весьма изнемогал от предсмертной болезни, он, тем не менее, насколько было возможно, вёл с учениками душеполезные беседы. Но из речей его можно было расслышать лишь немногое, потому что язык пересыхал у него от болезненного жара. Поэтому один из скорописцев, сидя вблизи и слушая, записывал его слова, дабы все, кто пожелал бы узнать их, могли бы прочесть, для своей пользы душевной, наставления блаженного. Во время беседы преподобному стало легче, так что он даже встал на ноги и начал ходить. В воскресный день, придя в церковь, он совершил Божественную литургию, сказал братии поучение и вкусил вместе с нею от трапезы. Равно также и утром шестого ноября, – в день памяти святого отца нашего Павла Исповедника, – он совершил в церкви Божественную литургию, сказал братии поучение и был в тот же день на вечерне; затем, войдя в келлию, он лёг на постель и снова сильно заболел. Он болел в продолжение четырех дней, а на пятый – наступил конец его болезни, – а безболезненной жизни – начало. Когда преподобный приближался к преставлению, к нему собралось множество братии, и они плакали о нем, как о своем отце и учителе. Взглянув на них, он немного прослезился и сказал:

– Отцы и братия! Вот приспел конец моей жизни. Мы все должны испить сию общую чашу: одни раньше, а другие позже, а всё же мы не минем того часа. И вот я ухожу путем, коим отошли наши отцы, туда – где жизнь вечная, а наипаче, где Господь и Бог, Которого возлюбила душа моя. Его я от всего сердца возжелал, Его я назвался рабом, хотя и не исполнил своего Ему служения. Вы же, братия моя и любимые чада, оставайтесь верны словам моим, которые я предал вам, содержа правую веру и благочестивую жизнь. Вы знаете, что я не переставал возвещать вам Слово Божие и наедине и в собрании всех. Ныне же я усердно умоляю вас: имейте его в вашем уме и сохраняйте, потому что у меня есть забота о вас, как у желающего дать о вас отчет. Посему и вы заботьтесь, дабы непорочными отойти отсюда. Я же, если обрящу дерзновение пред Господом, обещаюсь молиться за вас, дабы ваш монастырь пребывал всегда в наилучшем состоянии и дабы каждый из вас, с помощию Божиею, имел большее преуспеяние в добродетелях.

Сказав сие и простившись со всеми, он приказал ученикам взять в руки свечи и начинать отходную. Ученики, ставши кругом постели, воспевали: «Блаженны непорочные в пути, ходящие в законе Господнем» () И когда, воспевая, произнесли сии слова: «Вовек не забуду повелений Твоих, ибо ими Ты оживляешь меня» (), преподобный Феодор вместе с сими словами предал Богу свою святую душу. Приняв ее, Ангелы Божии понесли к Престолу Владычнему, как сие явно обнаружилось из неложного свидетельства преподобного Илариона Далматского (†845 г.).

Преподобный Иларион в тот самый день, когда преставился Феодор, то есть одиннадцатого числа ноября, в день памяти святого мученика Мины, ходил по винограднику и занимался работой с пением псалмов Давидовых. Вдруг он услыхал некоторые пречудные голоса и обонял неизъяснимое благоухание. Он удивился и остановился, разыскивал, откуда сие раздается. Взглянув на воздух, он увидал бесчисленное множество чинов Ангельских, в белых ризах, сияющих светлыми лицами и идущих с неба с песнопениями навстречу некоему достопочтенному лицу. Увидав сие, блаженный Иларион в сильном ужасе упал на землю и услышал кого-то, говорящего к нему:

– Вот душа Феодора, игумена Студийского монастыря, много пострадавшего за святые иконы и до конца остававшегося твердым в скорбях; ныне же душа усопшего, торжествуя, восходит горе, сретаемая небесными силами.

Сие видение блаженный Иларион сообщил и прочим добродетельным отцам. Они записали день и час бывшего видения и, спустя несколько времени, узнали, что в то именно время преставился достохвальный Феодор Студийский и перешел от земли на небо.

Преподобный отец наш Феодор и при своей жизни и по смерти совершил много чудес; о некоторых из них передадим здесь, ради пользы душевной.

Некий странноприимец Леон приютил в своем доме для отдыха преподобного Феодора в то время, когда последний возвращался из заточения. Впоследствии сей Леон нашел для своего сына невесту. И вот, когда уже готовилось бракосочетание, невеста внезапно впала в тяжкий недуг и лежала, охваченная сильным жаром, так что все отчаивались за ее жизнь.

Леон же послал к преподобному, сообщая о случившемся и умоляя, дабы он помог им своими молитвами. Благословивши елей, преподобный отправил его к Леону, повелевая помазать сим елеем больную. Когда сие было сделано, невеста немедленно встала здоровою, как бы никогда ранее и не болела. Тот же самый Леон, отправляясь некогда по нужде один в отдаленное селение, встретил на дороге рыся, который, заметивши Леона, кинулся на него, в намерении его растерзать. Громко призвал Леон имя преподобного отца Феодора, и вот – зверь, услыхав имя святого, остановился и наклонился к земле, свернул с дороги и пустился бежать. Леон же, нетронутый зверем, продолжал путь свой.

Некая женщина, страдающая нечистым духом, приведена была к преподобному. Мучивший ее дух был настолько свиреп в ней, что она сама, не чувствуя боли, грызла и ела свою плоть. Видя таковое ее страдание, преподобный сжалился над ней, сотворил своею рукою крестное знамение на ее голове и прочел над нею запретительную молитву; и немедленно нечистый дух вышел из нее и, изгнанный молитвою преподобного, быстро исчез.

Вам могут быть интересны следующие материалы
© 2024 Helperlife - Строительный портал